Китай

В историю взаимных разочарований Китая и Запада XIX век вписал длинную главу. Запад постоянно пытался сделать Китай открытым для торговли с западными странами (и до сих пор пытается). А китайцы воспринимали пришельцев с Запада как варваров.
Это было столкновение диаметрально противоположных культур. Развитие самобытной культуры Китая (Срединного царства) шло в направлении проникновения и изображения сущности вещей, а Запад через изображение внешних форм пытался расширить свои знания о мире, Китайцы не ждали ничего хорошего от культуры Запада. Попытки западных дипломатов взаимодействовать с китайцами были отклонены .
В конце XIX в. подозрений и опасений у китайцев по поводу Запада было в избытке, начиная с обвинения западных миссионеров в краже детей-сирот , до недовольства тем, что построенные западными странами железные дороги попирают могилы предков и нарушают священные принципы фэн-шуй. Неравноправные договоры, навязанные Цинскому правительству (такие, как Нанкинский договор), только усиливали напряженность. Циндао, Гонконг и другие районы Китая постепенно переходили в чужие руки. Враждебность к иностранцам, «волосатым», стала массовой.
Волшебные чары
Патриотическое движение Боксеров (Кулак во имя справедливости и согласия) возникло из настроенных антиманьчжурски (против династии Цин) людей и сект и включало в себя любителей боевых искусств (или цюаньфа), доведших свои упражнения до виртуозности, которые считали, что их чары и пластика даруют им неуязвимость. Однако Боксеры были недостаточно компетентны в военном деле. Вера вооруженных палашами Боксеров в свою победу была наивной.
Боксеры подняли в 1899 г. восстание, в ходе которого убивали христиан.
Осада
Поняв, что это удобный случай избавиться от иностранцев, Цинский двор решил примкнуть к Боксерам и оказал им поддержу в Северном Китае. Боксеры отказались от своей антицинской программы и объединились с двором, чтобы избавить Китай от янгуйци, иностранных дьяволов.
В мае 1900 г. отряды Боксеров появились на улицах Пекина, а 20 июня убили немецкого посла, барона фон Кеттелера.
Это послужило сигналом к началу 50-дневной осады посольского квартала в Пекине (центра иностранной общины Пекина), расположенного к югу от отеля «Гранд-отель Пекин», который был почти полностью разграблен в это время.
Снятие осады
В Пекин был отправлен Международный освободительный экспедиционный корпус, в который вошли японцы, русские, англичане, американцы, французы, австрийцы и итальянцы. После десятичасового штурма отряды экспедиционного корпуса вошли в Пекин.
Вдовствующая императрица Цыси вместе с императором сбежала в Сиань. Там она некоторое время жила в Храме Восьми Бессмертных. А иностранные войска тем временем разорили Летний дворец и начали грабить богатых людей Китая. Впоследствии иностранные державы навязали двору Цин штраф, известный как Боксерский протокол, для компенсации ущерба, нанесенного им во время восстания.
Последствия
Горький урок Боксерского восстания вынудил Китай прийти к выводу: чтобы выжить, Китай должен стать похожим на западные страны. Вскоре в Китае была свергнута династия Цин и установлена республика. В 1949 г. в Китае был установлен коммунистический режим.

Выслушав это заявление великого английского философа китаец, в глубине души, по-видимому, порадуется, потому что он гордится культурными и художественными достижениями своей страны.
Несмотря на драматические страницы китайской истории, нетронутыми остались своеобразные идеосинкретические эстетические воззрения. Цветистый слог танской поэзии, великолепная пейзажная живопись эпохи сунской династии, классическое изящество минского фарфора и даже современное расцветшее и достигшее совершенства кино питались из одного эстетического источника.
Традиционное китайское искусство трогает западную чувствительность потому, что его эстетика стремится избежать напряжения. Преобладающие в западном искусстве решительность и реализм никогда не встречаются в китайском, которое кажется более лапидарным, метафоричным и сдержанным. Именно это позволяет объяснить популярность на Западе, например, китайского пейзажа. Пейзажное искусство оказывает освобождающее воздействие и настраивает на философские раздумья, потому что обнаруживает взгляд на жизнь, сильно отличающийся от западного.
Это различие взглядов вытекает из различия основных подходов к жизни. Западные народы противопоставляют себя природе и считают, что они властвуют над ней, в то время как китайцы растворены в природе. Пассивное принятие природы означает, что экзистенциональных головоломок, которыми проникнуто почти все западное искусство, нет в традиционной китайской эстетике. В западной культуре Бог представляется в виде человека. В китайской философии «дао», или «путь», — это самое точное, что китайцы нашли для выражения всеобъемлющего божества, хотя и не имеющего формы. «Дао» пронизывает и сам пейзаж, и пейзажную живопись, не выдавая своего присутствия в явном виде.

Движение к ограничению интеллектуальной свободы было противоречивым. Уверенный в успехе коммунистической партии Мао провозгласил «Движение ста цветов», которое поощряло критику политики партии интеллигенцией. Он выдвинул лозунг «Пусть цветут сотни цветов, пусть соперничают тысячи школ разных мировоззрений», который стал открытым шлюзом для потока критики, к чему партия не была готова. Мао спровоцировал кампанию против правых, в ходе которой интеллигенцию заклеймили как врагов социализма. Часть ее была выслана в трудовые лагеря. Так китайский коммунизм превратился в тиранию, которую он прежде пытался искоренять.
К концу 50-х гг. китайское общество стало более радикальным благодаря борьбе компартии за идеологическую чистоту. Навязанная Мао политика так называемо-то «большого скачка», начатая в 1958 г., была победой экономического идеализма над здравым смыслом.
Мао решительно выступил против разоблачения культа личности И.В. Сталина и против всей политики «оттепели» в СССР, проводимой Генеральным секретарем КПСС Н.С. Хрущевым. В результате в 1960 г, испортились советско-китайские отношения, советская помощь Китаю была «заморожена». Обострилась обстановка на советско-китайской границе, было начато строительство бомбоубежищ.
В 1966 — 1976 гг. в Китае проводилась культурная революция, целью которой прежде всего было устранить из руководящих органов партии всех неблагонадежных членов, реализовать схему развития Китая в духе ускоренного развития социализма, отказаться от методов экономического стимулирования. Культурная революция объявила охоту на «четырех старых»: старую культуру, старые обычаи, старую одежду и старые идеи.
Стали создаваться молодежные штурмовые отряды хунвэйбинов «красных охранников». В стране начался террор. Конфуцианские принципы были вывернуты на изнанку; молодежь критиковала стариков, учителей, а интеллигенция была отправлена на работу в деревню.
Буддийские, даосские и конфуцианские храмы были разрушены или осквернены. Особенно пострадали монастыри в Тибете. Расцвел культ личности Мао Цзэ-дуна, а сборник его цитат, «маленькая красная книжечка», стал Библией молодежи. Лю Шаоци и Дэн Сяопин были заклеймены как «капиталистические попутчики». Когда они предложили меры, чтобы исправить ситуацию в стране, Лю Шаоци был сослан в провинцию Хунань, и как сообщали, умер в заключении, а Дэн Сяопин выжил . Наследие культурной революции до сих: пор должным образом не осмыслено ни КПК, ни китайским народом.
С середины 70-х гг. Китай стал постепенно оправляться от последствий культурной революции. Председатель Чжоу Эньлай (который назначил Дэн Сяопина своим преемником) сделал много, чтобы восстановить равновесие, и в 1971 г. Китай был принят в ООН. В 1972 г. президент США Ричард Никсон нанес визит в Китай, были восстановлены американо-китайские отношения.
Внутри партии, однако, произошел крупный конфликт между реформаторами и консерваторами, а у Мао и выбранного им наследника Линь Бяо появились глубокие разногласия. Вскоре подозреваемый в покушении на жизнь Мао Линь Бяо бежал от преследования и погиб в авиационной катастрофе (такова была официальная версия его смерти). Жена Мао Цзян Цзин и ее единомышленники оказалась в оппозиции Чжоу Эньлаю.
Смерть от рака пользовавшегося огромной популярностью Чжоу Эньлая в1976 г. вызвала массовое проявление народной скорби на площади Тяньаньмынь, перешедшее в бунт. Этот так называемый тяньаньмыньский инцидент был реакцией отчаяния и гнева народа на кульминацию в культурной революции. В том же году умер Мао Цзэдун.

1 октября 1949 г. на площади Тяньань-мынь Мао Цзэдун провозгласил образование Китайской Народной Республики. Войска Гоминьдана отступили на остров Тайвань, где националисты остаются до наших дней.
За триумфом победы для коммунистов наступил тяжелый период восстановления хозяйства. Проведение земельной реформы, принятие новых законов, национализация, массовое строительство крупных объектов в 50-е гг. привели к росту народного энтузиазма. В промышленности за образец была принята советская система пятилетних планов (упянь цзихуа), а в сельском хозяйстве — программа коллективизации.

В национальном сознании китайцев в конце XIX в. произошли перемены. Стало очевидно, что страна нуждается в модернизации.
Среди китайских интеллектуалов, призывавших к реформам, был Сунь Ят-сен (1866 — 1925). Он стоял у истоков республиканского движения в Китае. Еще в 1905 г. он провозгласил Три народных принципа, которые впоследствии оформились в революционную программу: народное правление (часто переводимый как «национализм»); народные полномочия (часто трактуемый как «демократия») и народное жизненное достояние.
После революции 1911 г. Сунь вернулся из Америки, где собирал деньги на выборы, и был избран президентом Китайской Республики.
Однако вскоре на этом посту оказался командующий императорской армией Юань Шикай. Юань, провозгласив себя императором в 1915 г., умер в 1916 г. После его смерти большая часть территории Китая оставалась в руках военачальников. В это время Сунь Ятсен удерживал власть в Гуанчжоу. В дальнейшем расстановка сил оставалась прежней, пока в 1949 г. власть не перешла в руки коммунистов.

Чжу Юаньчжан, правя под именем Хун У, основал столицу династии Мин (1368 — 1644) в Нанкине.
После его смерти началась борьба за власть, что привело к гражданской войне, а трон в конце концов перешел не к его внуку, а к принцу из династии Инь, захватившему власть и правившему как император Юнлэ (пр. 1403— 1424). Он перенес столицу династии Мин в Пекин и построил Запретный город .
В Китай начали приезжать европейцы. Португальцы заняли Макао, англичане прибыли в Кантон (Гуанчжоу), а в 1580 г. к ним присоединились иезуиты с Маттео Риччи (1557-1610) во главе.
Монголы продолжали беспокоить Китай на его северных границах, поэтому часть Великой Китайской стены пришлось отремонтировать. Японское нашествие в Корею (государство —вассал Китая) во время правления Ванли (правил 1573—1620)  ускорило запоздалый и дорого обошедшийся военный ответ Мин.
К XV в. Китай часто оказывался на грани краха, Крестьянское восстание ослабило власть династии Мин, и ее последний император повесился на дереве в парке на холме Цзиншань в Пекине.
Вершиной культурного достижения эпохи Мин был роман. Три романа этой эпохи входят в пятерку самых выдающихся романов в истории традиционной китайской литературы: это «Речные заводи» Ши Найаня, «Троецарствие» Ло Гу-аньчжуна и «Цзинь пин мэй» («Цветы сливы в золотой вазе»), знаменитый эротико-бытописующий роман средневекового Китая. Восхищает сине-белая фарфоровая посуда эпохи Мин.

Широкие пекинские проспекты, просторные площади, огромные дворцы и большие расстояния могут вызвать у вас ощущение собственной незначительности. Но наверняка вы почувствуете себя увереннее в лабиринте хутунов с обветшалыми домами, которые пронизывают весь город. В недрах хутунов (от монгольского слова, означающего проход) можно открыть для себя колоритный мир сихэюань {двориков, огороженных с четырех сторон).
Говорят, что в Пекине больше тихих старых улочек, чем волос на голове.
Эти переулки жилые, но там также много рынков и лавчонок торговцев разного рода. Запутанность переулков придает им особое очарование: на ограниченном пространстве масса узких переулков переплетена с еще более узкими проходами, вносящими еще большую путаницу. Местные жители легко ориентируются в своем маленьком мирке. Здесь, чтобы найти нужное место, приходится прибегать к чувству солидарности, свойственному жителям Пекина.
Некоторые переулки настолько узки, что в них с трудом можно пробраться, иные представляют собой довольно широкие, открытые оживленные улицы, обсаженные деревьями.
У некоторых переулков необычные названия, дающие представление об их прежнем предназначении или людях, которые когда-то их населяли. Другие названия как бы плод детского воображения: «Дождевой проход», «Земляной переулок», «Светлый переулок», «Переулок удачи», «Счастливый переулок». Некоторые напоминают о рынках и лавочках, которые когда-то здесь находились, например, «Переулок жареных бобов», «Проход хризантем», «Шапочный переулок», «Переулок рисового склада», «Переулок ароматной закуски», «Проход черного кунжута». У иных названий более непонятное происхождение, своими корнями уходящее в древнюю историю Пекина, такие, как «Проход чистой земли» (буддийский), «Три недосягаемых переулка», «Переулок шляпы с конским хвостом».
Большинство проходов и переулков расположены в направлении с востока на запад, в соответствии с правилами фэн-шуй, а двери и калитки смотрят на юг, как ворота и входы в китайские храмы. В хитросплетение хутунов часто вкраплены огороженные со всех сторон дворы, жители которых в течение веков были связаны между собой незримыми узами. Четыре стены домов, расположенных по периметру, образуют двор. Иногда дворы примыкают друг к другу, иногда выстраиваются цепочкой. Перед иными дворами имеются входные ворота, украшенные китайскими иероглифами или религиозными узорами. В некоторых местах у покрытых копотью домов сохранились черепичные крыши с восхитительным орнаментом. Изредка ворота в хутун оказываются открытыми, и вы можете заглянуть во двор.
Оказавшись в стороне от социалистических программ жилищного строительства 60-х и 70-х гг. прошлого века, дома, образующие внутренние дворы, впоследствии также не были затронуты преобразованиями 80-х и 90-х гг. Внешне они очаровательны, но в них нет эффективной теплоизоляции и центрального отопления, к тому же внутренние дворы неудобны для владельцев автомашин. Несмотря на это, в них до сих пор живет примерно четверть населения Пекина.
Хутун может попасться вам на пути в любом конце Пекина, но лучше они сохранились в старых районах. Походите по историческим местам к юго-западу от Колокольной и Барабанной башен и вы обязательно наткнетесь на хутуны. Многочисленные очаровательные хутуны между улицами Гулоудундацзе, Дунсыбэйдацзе и Дианьменьвайдацзе и разделенные Цзяо-даскоунаньдацзе образуют здесь небольшой поселок. Подобное историческое место находится с другой стороны от башен, по соседству с озером Хоухай.
Лучшим способом ознакомиться с этим уютный маленьким мирком — это поездить по его переулкам на взятом напрокат велосипеде, но походить пешком тоже можно. Туристические компании уже отреагировали на возрастающий интерес туристов к этим лабиринтам; попытайтесь заказать в Пекинском туристическом агентстве хутуна экскурсию на велорикше по этим переулкам. Колонны велорикш можно увидеть снующими взад-вперед в районе Барабанной башни.
Вы можете пожить в Пекине в отеле Лусунюань, выходящем в такой внутренний двор , расположен по адресу: Баньчан Хутун, 22, недалеко от Барабанной башни.